Мне не надо от вас ни заботы, и ни участия.
Безразличным, как вы, между делом своим - всё в масть.
Спаси Бог и от вашего времени и от счастия.
Мне не нужно больше скрываться у вас в ногах.
Каждым утром студеным по плиточкам за вдохновением.
Каждой ночью к постели калачиком, чтоб унять дрожь.
Я не знаю, за коим чертом такие мгновения,
Что за них потом десятилетиями не живешь.
Толь в зарю, толь в закат упиваюсь горячим кофе и мирозданием,
Смотрю игры луны и солнца, света и тьмы.
У Создателя чувство юмора побольше крайнего:
Сердце любит и ненавидит в одной груди.
С содроганием вдруг стороннее тупосердие.
Раскидаешь внутри все стены и с криком ввысь.
Нет уж, братцы, пусть помню об этом всего мгновение,
Но и птицы от неба синего рвутся вниз.
Не насытиться и не избавиться от ощущения,
Что душа на цыпочках смотрит через забор.
А у вечности там и цветы, и кусты с клубникою.
А ты развесели себя, не памятуя об этом всем.
Так страдай и люби, чтобы все не зря, все не в пропасти.
Я с чужими мнениями отдалилась в миг.
За отчаянием пусть скрывается небо с проседью,
Все не ново, и каждый спустит последний крик.
И от грубости, и от святости в отдалении
Хорошо живется мне на своем веку.
У себя больше всех я должна попросить прощения.
Пусть привольно будет и вам на своем лугу.